Поэзия Владимира Георгиевича 

18+ Местами присутствует постмодерн

Когда-то Степан Иванович был душой любой компании в колхозе, — множество прибауток знал и всегда с ним было весело. То ли дело сейчас, в городе — вечера у телевизора, работа. Впрочем, и теперь еще иногда может Степан рассмешить свою жену Лидию до слез очередным балагурством…

18+

Владимир привозит свою девушку Веронику домой, познакомиться с матерью и братом. Мать хлопочет, кормит дорогих гостей чаем и пирогом с яблоками, а потом они вместе смотрят на Луну в телескоп, который собственноручно собрал брат Владимира. Постмодерн, деконструкция соцреализма;)

Через года и километры ведут между собой незримый диалог советские люди — и солдат, уходящий на фронт, и ученый, и школьник, и отдыхающие на курорте, и слесари у станка и даже сам товарищ Сталин… Постмодернистская «сборная солянка», деконструкция текста.

В ранних рассказах Владимира Сорокина, написанных в 1979–1984 гг., легко разглядеть начало мощного стилистического эксперимента, по сути целого литературного направления, главным и ярчайшим представителем которого до сих пор остается тот, кто его задал. Название «Первый субботник» — подходящая метафора для того, как молодой автор обошелся с дряхлевшим вместе со страной клишированным официальным языком. Герои каждого из рассказов сборника обречены: если вначале они успешно мимикрируют под живых людей, к концу их ждет полное разложение — они превращаются в разрозненные визуальные и речевые атрибуты или просто в кучку гнилой плоти.

Владимир Сорокин. Теллур. Металл, с гвоздями из которого работают плотники. Только они не забивают эти гвозди в свежеобструганные доски. Они забивают их в головы своих клиентов. Причем по их же собственному желанию. И гвоздь этот способен подарить очень много. Так много, что ради этого стоит рискнуть жизнью. Множество мелких государств, появившихся на территории бывших Европы и России отличаются государственным строем, укладом, обычаями. 

Эссе о поэме Венедикта Ерофеева «Москва-Петушки».

Фанмэйд по посткиберпанк-вселенной Владимира Сорокина. Сиквелл серии «ZLM».

Оммаж на творчество Венедикта Ерофеева, а именно на его бессмертную постмодернистскую поэму «Москва-Петушки».

Фанфик по вселенной Владимира Сорокина, описывающей альтернативные 20-е (с постмодернистской повести «День опричника»)  и, как следствие, 30-е, 40-е и 50-е годы 21 века. Десять лет после «Сахарного Кремля» и десять до «Метели» и «Теллурии». Трое друзей из Подмосквы прибыли в столицу государства, чтобы исполнить ритуал... 

Структура нарратива построена на типичных сорокинских постмодернистских приёмах: отсылки к классике, бесмысленная ритуальность действий героев, буквализация метафоры, актуальная сатира. 

Заседание завкома — это не просто так. Это дело серьезное. И когда на заседание вызывают пьяницу и дебошира Витьку Пискунова, становится понятно — выговором дело не ограничится…

Фантасмагорическая социальная мелодрама.

Эскапизм по-американски…

К простому советскому трудяге, «сердцем потеющему» за родной завод, поздней ночью приходят друзья, чтобы совершить таинственно-обыденный ритуал…

Сережа Чернышев — хулиган и троечник, недостойный высокого звания пионера. После очередного инцидента в школе завуч Зинаида Михайловна отводит его в свой кабинет, дабы провести там воспитательную работу… Постмодернизм. Концептуалистическая проза Сорокина. Деконструкция соцреализма.

Большой чиновник проездом в городе и вот решил заглянуть на одно предприятие — в чем-то пожурить, в чем-то покритиковать. Должность обязывает. И вот, во время экскурсии по этажам, он решает зайти проведать заведующего отделом пропаганды…

Как же это все-таки славно — сесть в пятницу до солнца в электричку и выехать в лес, встречать рассвет. А есть люди, для которых это — работа. Травники, например. И вот, встретились однажды двое в рассветном лесу. Сидели, говорили, ан глядь — у травника кисет из тонкой кожи, по всему видать — диковинный.

Деконструкция деревенской прозы и советской лирики.

«Пир» – сборник, состоящий из тринадцати рассказов Владимира Сорокина, которые были написаны в 2000 году, а впервые опубликованы в 2001. Основная тема книги – пища во всех ее видах: от духовной через физическую и до ее конечной формы в виде испражнений. В собрании представлены «вывернутые» стили русской и зарубежной литературы. В рассказах «Concretные» и «Ю» употребляется футуристическая лексика китайского языка. В произведениях «Настя», «Жрать!» и «Сахарное воскресенье» пародируется стилистика русской классики, в «Аварона» – советской, в «Банкете» – азиатской. Сорокин также доводит до абсурда перенесенные в будущее реалии постсоветской России в новеллах «Пепел» и «Лошадиный суп». «Еда, как страсть», «Еда, как и любовь, дает нам полноту бытия» — так сам автор «Пира» В. Сорокин определяет главные идеи своей книги. Едой и ее потребителями в «Пире» становится буквально все: растения, животные, рыбы, птицы, люди, вещи, слова, буквы, лозунги, продукты генной инженерии в обществе будущего, речи, события, чувства и даже... пустота...

Что за странный боливийский вирус вызвал эпидемию в русском селе? Откуда взялись в снегу среди полей и лесов хрустальные пирамидки? Кто такие витаминдеры, живущие своей особой жизнью в домах из самозарождающегося войлока? И чем закончится история одной поездки сельского доктора Гарина, начавшаяся в метель на маленькой станции, где никогда не сыскать лошадей? Повесть Владимира Сорокина не только об этом. Поэтичная, краткая и изысканная « Метель» стоит особняком среди книг автора. Подобно знаменитым произведениям русской классики о путешествии по родным просторам, эта маленькая повесть рисует большую картину русской жизни и ставит философские вопросы, на которые не дает ответа. 

 Четыре рассказа из сборника "День академика Похеля"

Кто мы?

Каково наше место во Вселенной?

Что ждет нас впереди?

На эти вопросы в рассказах нового сборника Леонида Каганова отвечают не только люди, но и роботы, инопланетяне, ангелы, демоны, боги - и даже микробы.

Иногда это очень серьезно.

Иногда - очень смешно.

И всегда - неожиданно!

В раздачу вошли рассказы:

1) Долларка

2) Дом ребёнка

3) Семейная проблема

4) Типовая конфигурация