– Ты кто такой? Из какой берлоги вылез с такими закидонами? – подступила она ко мне, и ее грудь под простой свободной футболкой слегка качнулась. Я сглотнул, борясь с мгновенной сухостью в горле. – Я тебя спрашиваю! Кто давал тебе право вторга…
– Пиво, – наконец брякнул я, не в силах перестать по-дурацки скалиться. – Глаза у тебя красивые, чика.
– И они намного выше того места, куда ты сейчас пялишься, причем таким образом, что я это вполне могу счесть сексуальным домогательством! Шагай давай! – прищурилась красотуля зло и указала мне направление, а у самой-то зрачки расширились и на шее тонкая синеватая венка вздулась и запульсировала.
Вот туда тебя для начала и поцеловать, да, детка?
Будет исполнено, мэм....

Мои чертовы братья так берегли честь любимой сестренки, что пришлось удрать куда подальше в поисках шанса на счастье.
Шутка ли - в двадцать четыре оставаться девственницей? Как по мне, так перебор.
И уж тем более нет повода для смеха в том, что мерзавец, укравший мое сердце, ни разу не принц на белом коне, а хам, грубиян и дикарь чистой воды!...