Я был пенсионером, ветераном КГБ, жившим воспоминаниями о стране, которую мы потеряли. Знал, где мы свернули не туда. Помнил многих кто предал, кто ошибся, а кто просто промолчал. И вот у меня появился второй шанс - я очнулся в молодом теле личного телохранителя Л.И. Брежнева. Вопрос в том, как теперь распорядиться своими знаниями? Молча наблюдать, не вмешиваясь? Осторожно подправлять детали, надеясь, что этого хватит? Или пойти ва-банк и бросить вызов самому ходу истории? Это не игра и не фантазия. Это шанс всё изменить. Для меня. А может, и для страны.
...

Я был пенсионером, ветераном КГБ, жившим воспоминаниями о стране, которую мы потеряли. Знал, где мы свернули не туда. Помнил многих кто предал, кто ошибся, а кто просто промолчал. И вот у меня появился второй шанс - я очнулся в молодом теле личного телохранителя Л.И. Брежнева. Вопрос в том, как теперь распорядиться своими знаниями? Молча наблюдать, не вмешиваясь? Осторожно подправлять детали, надеясь, что этого хватит? Или пойти ва-банк и бросить вызов самому ходу истории? Это не игра и не фантазия. Это шанс всё изменить. Для меня. А может, и для страны....

Я был отставным пенсионером и бывшим сотрудником КГБ, жившим прошлым и тоской по державе, которой больше нет. Я ясно видел момент, когда мы пошли неверной дорогой, помнил тех, кто продал принципы, кто просчитался, и тех, кто предпочёл сделать вид, что ничего не происходит. И вдруг судьба дала мне возможность начать заново: я пришёл в себя в молодом теле — теперь я личный охранник Л.И. Брежнева. Но что делать с тем, что я знаю? Отстраниться и просто смотреть со стороны? Аккуратно подталкивать события, меняя мелочи в надежде, что этого окажется достаточно? Или рискнуть всем и попытаться переломить саму логику времени? Это шанс переписать будущее — моё. А возможно, и всей страны....

Я был пенсионером, ветераном КГБ, жившим воспоминаниями о стране, которую мы потеряли. Знал, где мы свернули не туда. Помнил многих — кто предал, кто ошибся, а кто просто промолчал. И вот у меня появился второй шанс - я очнулся в молодом теле личного телохранителя Л.И. Брежнева. Вопрос в том, как теперь распорядиться своими знаниями? Молча наблюдать, не вмешиваясь? Осторожно подправлять детали, надеясь, что этого хватит? Или пойти ва-банк — и бросить вызов самому ходу истории? Это не игра и не фантазия. Это — шанс всё изменить. Для меня. А может, и для страны....

Я был пенсионером, ветераном КГБ, жившим воспоминаниями о стране, которую мы потеряли. Знал, где мы свернули не туда. Помнил многих кто предал, кто ошибся, а кто просто промолчал. И вот у меня появился второй шанс - я очнулся в молодом теле личного телохранителя Л.И. Брежнева. Вопрос в том, как теперь распорядиться своими знаниями? Молча наблюдать, не вмешиваясь? Осторожно подправлять детали, надеясь, что этого хватит? Или пойти ва-банк и бросить вызов самому ходу истории? Это не игра и не фантазия. Это шанс всё изменить. Для меня. А может, и для страны....

Я был пенсионером, ветераном КГБ, жившим воспоминаниями о стране, которую мы потеряли. Знал, где мы свернули не туда. Помнил многих — кто предал, кто ошибся, а кто просто промолчал. И вот у меня появился второй шанс - я очнулся в молодом теле личного телохранителя Л.И. Брежнева. Вопрос в том, как теперь распорядиться своими знаниями? Молча наблюдать, не вмешиваясь? Осторожно подправлять детали, надеясь, что этого хватит? Или пойти ва-банк — и бросить вызов самому ходу истории? Это не игра и не фантазия. Это — шанс всё изменить. Для меня. А может, и для страны....

Я был пенсионером, ветераном КГБ, жившим воспоминаниями о стране, которую мы потеряли. Знал, где мы свернули не туда. Помнил многих кто предал, кто ошибся, а кто просто промолчал. И вот у меня появился второй шанс - я очнулся в молодом теле личного телохранителя Л.И. Брежнева. Вопрос в том, как теперь распорядиться своими знаниями? Молча наблюдать, не вмешиваясь? Осторожно подправлять детали, надеясь, что этого хватит? Или пойти ва-банк и бросить вызов самому ходу истории? Это не игра и не фантазия. Это шанс всё изменить. Для меня. А может, и для страны....