Слушать аудиокнигу "Всё о файлах Эпштейна" бесплатно без регистрации

Американская газета "Уолл-стрит джорнэл" назвала роман русского писателя Василия Гроссмана "Жизнь и судьба" одной из величайших книг двадцатого столетия. Рецензия на роман Джозефа Эпштейна, занявшая полполосы, названа "Наследник Толстого".

В рецензии говорится, что "по словам самого Гроссмана, единственной книгой, которую он читал - и даже дважды - за годы работы военным корреспондентом, была "Война и мир". Параллели между наполеоновским и гитлеровским нашествием на Россию, между Бородинской и Сталинградской битвой очевидны. В каждой из этих войн решалась судьба Европы; в обоих сражениях потери противников - особенно русских - были беспрецедентны. И в обоих случаях русские, вопреки всему, вышли победителями".

Написанный в 50-е годы и подготовленный к печати в 1960 году роман-эпопея Василия Гроссмана был арестован на стадии рукописи, включая листы копирки. После этого имя автора, широко известного по романам "Степан Кольчугин" и "За правое дело", оказалось под запретом. Единственный чудом уцелевший экземпляр "Жизни и судьбы" в 1980 г. был опубликован в Швейцарии и лишь в 1988 году - в СССР (наиболее достоверная редакция издана в 1990 г.). С этого момента споры о значении романа в критике не утихали. С одной стороны, толстовский вектор в романе был очевиден для всякого читателя, в том числе и непрофессионального, как и масштабность этого произведения. С другой - жестко-аналитическая манера письма Гроссмана и его экзистенциалистский подтекст, заявленный уже в самом названии, не совпадали с органикой толстовской прозы, зато, безусловно, делали этот роман выдающимся явлением литературы ХХ века....

Эта книга перевернет ваши представления о пути к профессиональному успеху! Революционный подход Дэвида Эпштейна, магистра экологических наук и журналистики, ставит под сомнение идею 10 000 часов. Он исследовал примеры самых успешных спортсменов, художников, музыкантов, нобелевских лауреатов и ученых и обнаружил, что в большинстве областей ранняя и узкая специализация – не синоним результата. Именно универсалы – изобретательные и гибкие люди с широким кругозором и большим жизненным опытом – рулят в мире больших скоростей....

 От издателя

 Профессор теологии Терио замуровал себя заживо в подвале загородного дома.

 Самоубийство безумца?

 Или отчаяние человека, раскрывшего слишком опасную тайну?!

 Частный детектив Дэнни Крей, ведущий расследование случившегося по просьбе эксцентричного миллионера, вынужден взломать компьютерные файлы Терио.

 Он еще не знает, что скрыто в этих файлах.

 Зато это хорошо знают могущественные люди, которые постараются, чтобы Крей унес то, что узнал, в могилу.

 Детектив должен бежать.

 Но убийцы подстерегают его и в Риме, и в Стамбуле, и в Пало-Альто, и в Ватикане... 

...

 Американская газета "Уолл-стрит джорнэл" назвала роман русского писателя Василия Гроссмана "Жизнь и судьба" одной из величайших книг двадцатого столетия. Рецензия на роман Джозефа Эпштейна, занявшая полполосы, названа "Наследник Толстого".

В рецензии говорится, что "по словам самого Гроссмана, единственной книгой, которую он читал - и даже дважды - за годы работы военным корреспондентом, была "Война и мир". Параллели между наполеоновским и гитлеровским нашествием на Россию, между Бородинской и Сталинградской битвой очевидны. В каждой из этих войн решалась судьба Европы; в обоих сражениях потери противников - особенно русских - были беспрецедентны. И в обоих случаях русские, вопреки всему, вышли победителями".

Написанный в 50-е годы и подготовленный к печати в 1960 году роман-эпопея Василия Гроссмана был арестован на стадии рукописи, включая листы копирки. После этого имя автора, широко известного по романам "Степан Кольчугин" и "За правое дело", оказалось под запретом. Единственный чудом уцелевший экземпляр "Жизни и судьбы" в 1980 г. был опубликован в Швейцарии и лишь в 1988 году - в СССР (наиболее достоверная редакция издана в 1990 г.). С этого момента споры о значении романа в критике не утихали. С одной стороны, толстовский вектор в романе был очевиден для всякого читателя, в том числе и непрофессионального, как и масштабность этого произведения. С другой - жестко-аналитическая манера письма Гроссмана и его экзистенциалистский подтекст, заявленный уже в самом названии, не совпадали с органикой толстовской прозы, зато, безусловно, делали этот роман выдающимся явлением литературы ХХ века.

...