В этой литературно-критической статье Писарев разбирает роман Пушкина и спорит с оценками Белинского, подробно рассматривая фигуры Онегина и Татьяны, общественный смысл романа и место пушкинского произведения в русской литературе....

«Жизнь и приключения Николаса Никльби», который впервые был издан в 1838-1839 годах. С тех пор произведение переведено почти на все языки мира, выдержало не менее шести экранизаций. Не говоря уже про бесчисленное количество театральных постановок, мюзиклов, вдохновленных этим произведением успешных книг, сценариев и других творческих проектов.

«Наконец, через пять лет, в течение которых мистрисс Никкльби подарила своего мужа парою сыновей, и бедный джентльмен, в конец измученный заботами о пропитании своей возрастающей семьи, начал серьезно подумывать, не пуститься ли ему на небольшою коммерческую спекуляцию, не застраховать ли свою жизнь в следующую четвертную получку и не свалиться ли затем случайно с верхушки какой-нибудь башни. В одно прекрасное утро он получил по почте письмо с траурною каймою, извещавшее его, что его дядя, мистер Ральф Никкльби, скончался и завещал ему все свое состояние…»

Если Вы еще не знакомы с одним из величайших произведений мировой литературы, то самое время послушать эту великолепную аудиокнигу в исполнении популярного артиста театра и актера кино – Михаила Рослякова....

«Жизнь и приключенія Мартина Чезлвита» — сатирическій романъ Диккенса, написанный послѣ поѣздки въ Америку; въ центрѣ сюжета — корысть, борьба за наслѣдство и ѣдкая критика общественныхъ нравовъ....

"Для мыслителя, историка, поэта в революции отыщется иной предмет размышлений, чем в грозах. Революции – это бури в общественной атмосфере, которые покрывают землю кровью, разрушают целое поколение людей. Грозы же небесные только сокрушают жатву или виноградник, и их действие распространяется только на один год. Тут грядущий год часто с избытком покрывает убытки минувшего года, лишь бы Господь не пребывал во днях гнева своего.

В прежнее время, по забывчивости ли, Или по беззаботности, пожалуй, по неведению – счастливы, кто не ведает, несчастны, кто знает! – я рассказал бы историю, которую собираюсь сейчас рассказать, совсем не останавливаясь на той местности, где про-исходила ее первая сцена; я беззаботно написал бы эту сцену, прошел бы по югу, как по всякой иной провинции, назвал бы Авиньон, как любой другой город.

Теперь уж не то. Я уж ушел от вихрей весны, я теперь среди гроз лета, среди бурь осени. Теперь, если я называю Авиньон, я вызываю призрак, и подобно тому, как Антоний, развертывая тогу Цезаря, говорил: «Вот прорезь, которую сделал кинжал Каски, вот след от меча Кассия, вот – от меча Брута», – так и я, видя кровавую пелену папского города, говорю: «Вот кровь альбигойцев, вот кровь севенцев, вот кровь республиканцев, вот кровь роялистов, вот кровь Лекюйе, вот кровь маршала Брюна».

И я впал в глубокую грусть и принялся писать. Но с первых же строк я заметил, сам того не подозревая, что в моих пальцах перо романиста уступило место перу историка."...

«Воскресенье. На кирпичном заводе купца Поеремина не работают. Время за полдень; рабочие, пообедав, целой массой высыпали за ворота на берег реки, на которой расположен завод. Тут и „земляники“, тут и „порядовщики“ с „порядовщицами“, тут и печники, состоящие при печах, тут и обжигалы, одним словом – все чины завода. Есть даже дети, мальчики лет двенадцати, служащие погонщиками лошадей при мельницах, на которых размалывают глину. Женщин добрая четверть. Есть молодые, есть и старые. Шум, говор, слышится сочная трехэтажная ругань, переливающаяся на все лады, склоняемая и спрягаемая во всех падежах, временах и залогах.»...

В романе «Премьер-министр», автор мастерски изобразил Дизраэли и Гладстона под именами Добени и Грешэма.
Борьба партий в парламенте Великобритании, вражда Дизраэли и Гладстона и личности этих обоих государственных людей особенно ярко описаны в предыдущей части этой серии: «Финеас возвращается».
"Премьер-министр", хотя в нем являются герои, игравшие роль в предшествующих романах, составляет особое целое, имеющее интерес даже для читателей, не знакомых с предыдущими частями.
« Конечно, всякому человеку приятно знать, кто были его дедушки и бабушки, если он имеет честолюбие вращаться в верхних сферах общества, и также приятно для того, чтобы иметь возможность говорить о них как о лицах, игравших некоторую роль в свое время. Нет никакого сомнения, что мы все очень уважаем тех, кто посредством собственной энергии возвысился в свете, и когда мы слышим, что сын прачки сделался лордом-канцлером или архиепископом Кентерберийским, мы теоретически и абстрактно чувствуем гораздо более уважения к такому самодельному магнату, чем к человеку, который, так сказать, родился в судебном или духовном пурпуре.»...

Тяжело пришлось не получившим ангажемента на зимний сезон актерам небольшой труппы Котомцева, приходится им скитаться по маленьким уездным городам и пытаться привлекать публику там, а не в столице. Публика эта, однако же, с куда большим удовольствием будет смотреть не пьесы Островского (а ведь купцы еще и обидятся, что над ними смеются), а фокусников, клоунов и дрессированных собак. Так и оказываются актеры в долгах как в шелках, но все равно пытаются ставить спектакли с надеждой получить достаточный сбор. И как будто мало было им своих проблем, за ними увязывается молодой купеческий сын, плененный красотой одной из актрис. Как и всегда у Н.А. Лейкина, читателя ждут отточенный стиль мастера-сатирика, смех сквозь слезы и множество интереснейших бытовых подробностей и примет времени....

« По грязной дороге к воротам большой барской усадьбы, стоящим в толстых каменных столбах, увенчанных чугунными львами с оскаленными зубами, катящими правой лапой большой шар, подъехал небольшой франтоватый тарантас без верха и остановился. Сытый, рыжий, выхоленный, слегка взмыленный конь в нарядной сбруе с густым медным набором и в расписной дуге позвякивал бубенчиком, мотая головой. В тарантасе сидели двое: широколицый с реденькой бородкой в проседь купец-лесопромышленник Мануил Прокофьевич Лифанов и его кучер молодой парень Гордей, безбровый, с льняными волосами, с еле пробивающейся бородкой и с серебряной серьгой в ухе. Он был в нанковой поддевке с стеганным и проваченным задом, опоясанной красным кушаком, и в картузе.
– Здесь сойдете, Мануил Прокофьич?– спросил кучер, обертываясь к хозяину.
– Зачем? С какой стати? Чего тут церемониться? Теперь уж тут все наше,– отвечал Лифанов.– И усадьба наша, и земли наши. Слезай, отворяй ворота настежь и подъезжай к главному подъезду.»...

«И Финна действительно спросили.
Когда читатель видел его в последний раз, Финиас Финн, отчасти потерпев крушение честолюбия, расстался с парламентом и жизнью в Лондоне, чтобы занять скромное коронное место на родине. После различных треволнений, он достиг некоторого обеспечения и женился на любимой девушке. Но жена его умерла и он опять остался один на свете.
Подобно боевому коню на подножном корме, он припоминал шум сражения и звуки труб. После пяти лет, проведенных в пылу оживления лондонского общества, жизнь в Ирландии казалась ему бесцветна, холодна и скучна.
Пока еще был в Лондоне, он не раз говорил себе, что все это ему наскучило и он предпочел бы тихую, провинциальную жизнь. Но теперь Дублин был его Тибуром и непостоянный молодой человек почувствовал, что счастлив не будет, если не вернется в Рим. Разумеется, он заржал, как старый боевой конь, и мысленно уже кричал «ура!» под звуки военных труб, когда получил от Баррингтона Ирля следующее письмо:
"Любезный Финн
Хотя до вас такие ничтожные обстоятельства теперь не касаются, вы без сомнения слышали, что нас всех отошлют назад к нашим верителям и в конце сентября будут общие выборы. Мы уверены, что за нами останется такое большинство, какого никогда еще не бывало; но мы решились усилить его по мере возможности и завербовать всех хороших людей, каких только можно. Не расположены ли вы снова попытать счастье? Ведь ничего не может с этим сравниться.»...

Студия «МедиаКнига» представляет аудиокнигу по роману выдающегося английского писателя-реалиста Чарльза Диккенса — «Наш общий друг. Полное издание. Книги 1, 2, 3, 4.» (англ. Our Mutual Friend). Впервые роман вышел в 1864–1865 годах. С тех пор он был переведен почти на все языки мира и неоднократно экранизирован. А кроме того, вдохновил множество театральных постановок, мюзиклов, литературных продолжений, сценариев и других творческих проектов.

«Гений слышен в каждой строке этой книги. Одни только Вениринги и их окружение чего стоят! Это, пожалуй, самый яркий пример диккенсовской социальной сатиры — и сегодня она звучит еще колче и беспощаднее: ведь за последние восемьдесят лет влияние нуворишей разрослось до невероятных масштабов», Хескет Пирсон, биограф Чарльза Диккенса.

«Ничто не могло объяснить, что именно он искал на реке; однако он всматривался в воду с поразительной настойчивостью. Морской отлив, начавшийся уже около часа назад, стремительно уходил вниз по руслу, а его взгляд неустанно следил за каждой струйкой и каждой рябью на широкой поверхности — пока лодка то шла носом против течения, то разворачивалась кормой по течению, в зависимости от того, куда он указывал едва заметным поворотом головы девушке на веслах. Она не отводила глаз от его лица, пока он осматривал реку. В ее напряженном взгляде сквозили страх и даже ужас.»

Если вы еще не открыли для себя одно из крупнейших произведений мировой литературы, сейчас самое подходящее время услышать его в аудиоформате — в исполнении популярного театрального актера и актера кино Михаила Рослякова....

Александр Иличевский (р. 1970) - российский прозаик и поэт, лауреат премий "Русский Букер" ("Матисс") и "Большая книга" ("Перс"). Действие романа "Орфики" разворачивается в самом начале девяностых. Всё вокруг меняется - и жизнь главного героя, двадцатилетнего юноши, тоже. Но причиной тому не история, а - женщина, femme fatale. Случайная встреча с ней разрушит все его планы: отъезд в США, учебу, карьеру. Пройдя через все приметы времени: от полуголодного существования до шальных сумасшедших денег, от сорванной со здания на Лубянке вывески "КГБ" до торговли в ларьке, - он сыграет с судьбой в русскую рулетку. "Герой "Орфиков", согласно классическому сюжету ("Орфей спускается в ад"), отправляется вслед за возлюбленной Эвридикой в сумрачное царство Аида, которым предстает в романе начало 1990-х. И ему удается выбраться. Но огромной ценой"
Александр Иличевский...

Любовь, борьба за нее и свое человеческое достоинство преображает героя, делает его жизнь насыщенной интересными событиями....

Его успехов и неудач, его друзей и злейшего врага.», автора и другого культого произведения «Ярмарка тщеславия». Одно из важнейших произведений английской литературы 19-го века. Масштабно изображена и показана истинная жизнь Великобритании той поры, а также автор со свойственным ему юмором и сарказмом поднимает извечные проблемы отцов и детей, искусства и денег, бедности и богатства, и многие другие....

« – По части мытья полов работа, похоже, появляется. Сейчас предпраздничная пора: в квартирах наводят чистоту — и полы драят, и окна моют. Сегодня с утра уже приходили договариваться. Несколько женщин — с пяток — ушли на поденную, а я не могу, не могу, милая, по полу ползать: ноги у меня застужены. Еще один пол, напрягшись, вымыть — туда-сюда, а чтобы целый день, с утра до вечера, согнувшись, по полам мочалкой елозить — этого не вынесу.
– Что ж, Ариша, пойдем полы мыть… — снова заговорила Акулина с Ариной.
– Куда скажешь, Акулинушка. Я на любую работу согласна.
– Ну так и пойдем. Полтину серебром за день заработать — дело хорошее. Двугривенный на еду, пятачок на ночлег, пятачок — и на чай хватит, а двугривенный все равно в руках останется.»...

« Все друзья Лиззи Грейсток и даже враги её – которые были гораздо многочисленнее и деятельнее первых – сознавались, что она устроилась очень хорошо. Мы расскажем историю Лиззи Грейсток с самого начала, но не станем, так распространяться о ней, как распространялись бы, если б любили ее. Она была единственная дочь адмирала Грейстока, которого последние годы его жизни очень стесняла дочь. Адмирал любил вист, вино – и вообще разгул всякого рода – и добивался только того, чтоб хорошо прожить каждый день. Говорили, что ему удалось, и что даже на смертном одре он не расставался с вистом, вином и всяким разгулом. У него не было состояния, а между тем его дочь, едва выйдя из детства, разъезжала повсюду в бриллиантах на пальцах, в красных камнях на шее, в желтых камнях в ушах и в белых камнях в черных волосах. Ей только-что минуло семнадцать, когда отец её умер, и ее взяла к себе её сварливая старая тетка леди Линлитго.»...

«Доктор Финн из Киллало, в графстве Клэр, был так же хорошо известен в тех местах – то есть на границах графств Клэра, Лимерика, Типерари и Голуэ – как сам епископ, живший в том городе, и был столько же уважаем. Многие говорили, что доктор был богаче епископа и практика его простиралась почти на такой же обширный круг. Действительно, епископ, которого он лечил, хотя католик, всегда говорил, что их приходы сопредельны. Следовательно, из этого можно понять, что доктор Финн – Малаки Финн его полное имя – заслужил обширную репутацию как провинциальный врач на западе Ирландии. Это был человек достаточно зажиточный, хотя хвастовство его друзей, что у него было тако же тепленькое местечко, как и у епископа, было не совсем справедливо.»...

В таёжной деревне Кедровке все жили ровно. Если неурожай или в тайге нет добычи, то всем должно быть плохо. Если же уродится хлеб, удастся пушной промысел — то все ходят весёлые и довольные. То есть никто не должен был высовываться.

В Назимове, отстоящем не более сотни вёрст от Кедровки, было по другому: была тут школа и жили «царские преступники» — политики. В одного из них и влюбилась кедровская девушка Анна, бывшая работницей у купца Бородулина....

« Я не могу с полною уверенностью сказать, принадлежала или нет к так называемым „сливкам десяти тысяч“ нашего английского мира та, над которой вам предстоит произнести приговор: виновата она или нет?»...

«Уже столпы заставы белеют; вот уж по Тверской возок несется чрез ухабы. Мелькают мимо будки, бабы, мальчишки, лавки, фонари, дворцы, сады, монастыри, бухарцы, сани, огороды, купцы, лачужки, мужики, бульвары, башни, казаки, аптеки, магазины моды, балконы, львы на воротах и стаи галок на крестах.

Дорога до Москвы на этот раз была пройдена Пушкиным не с той стремительной быстротой, с какой фельдъегерь мог бы мчаться один. Весь путь занял у них четыре дня; и если учесть, что официальный спутник поэта уже во второй раз подряд несколько ночей гнал без сна по ухабам и рытвинам, то выносливость людей его склада и вправду кажется богатырской. Фельдъегеря звали Вальш.»...

Правительство Турции с помощью боевиков «Исламского государства» наладило в регионе незаконный оборот нефти. Но с началом российской воздушной операции в Сирии преступный трафик оказался под угрозой срыва. Не решаясь на открытое противостояние, турецкая сторона идет на подлую провокацию и сбивает в сирийском воздушном пространстве СУ-24 ВКС России. Летчики катапультируются. Уже на земле они вынуждены вступить в неравный бой с преследующими их бандитами. Штурману удается спастись, а тяжелораненый командир экипажа попадает в плен к туркоманам, которые планируют использовать его в большой политической игре. Освободить майора Пестова из лап фанатичных убийц под силу только бойцам президентского спецназа…...

В 1867 году Европа оказалась на пороге больших перемен. Годом ранее Пруссия, одержав решительную победу над Австрийской империей, властно вышла на арену большой политики, начав собирать вокруг себя разрозненные прежде немецкие государства. Все понимают, что Пруссия не остановится на достигнутом. Кто станет следующей жертвой ее растущих аппетитов?
Поединок воль и коварные интриги, блеск дипломатических салонов и пороховой дым баталий, слава и рок мировой истории оживают под пером "немецкого Дюма" - Грегора Самарова. На страницах его масштабной эпопеи, в которую, вслед за романом "За скипетр и корону", входит и эта книга, перед читателем предстает широкая панорама Европы на фоне эпохи "железа и крови"....

«Черная стрела» - истинный эталон историко-приключенческого романа, золотая классика жанра. Книга, которой не только деды, но и прадеды наши наслаждались, так же как будут наслаждаться и наши правнуки. Потому что проходят годы и десятилетия, однако история загадочных и рискованных приключений, происходящих в Англии в последние дни Войны Алой и Белой розы, по-прежнему увлекает и волнует читателей.

На фоне жестокой средневековой войны династий Ланкастеров и Йорков, известной из истории Англии, как Война Алой и Белой Роз, развиваются история любви и захватывающие приключения юного Дика Шелтона. Немало придется пережить герою, чтобы не только вернуть себе доброе имя и родовое имение, но и заслужить любовь прекрасной Джоанны Сэдли....

Записки весьма почтенного семейства.», автора и другого культого произведения «Ярмарка тщеславия». Одно из важнейших произведений английской литературы 19-го века. Масштабно изображена и показана истинная жизнь Великобритании той поры, а также автор со свойственным ему юмором и сарказмом поднимает извечные проблемы отцов и детей, искусства и денег, бедности и богатства, и многие другие....

"История русской жизни с древнейших времен" знаменитого историка, археолога, тонкого знатока отечественной старины, коллекционера Ивана Егоровича Забелина (1820–1909) увлекает читателя блестящими и яркими описаниями бытовой культуры русского народа.
Автор справедливо полагает, что истинный дух народа, сила нации выражается не только в героических деяниях царей и полководцев, но и в бытовом обустройстве, жилище, одежде, обрядах, верованиях и даже в ежедневных заботах. Великая вера в самобытные творческие силы русского народа и любовь к простым людям, к крепкому и здоровому нравственно, к народу-сироте, к народу-кормильцу — вот что отличает эту искреннюю, глубоко русскую книгу. Вместе с тем книга Забелина — это и масштабное размышление об истории Отечества, которую автор представляет единым непрерывным процессом со множеством параллелей и связей. "Хазарская власть над Киевом во времена упадка Хазарии походила на татарскую власть над Москвой в конце XV века". Византийский император Михаил развлекался в компании шутов — "Не ему ли подражал наш Петр?".
"История русской жизни с древнейших времен" не избавит читателя от критического взгляда на повседневность, но заставит задуматься об исторической согласованности различных эпох, а может, и о своем месте в них....

Его готовили совершить невозможное. Он это сделал. Ему обещали многое: богатство, славу, сверхъестественные возможности, любовь самых красивых женщин. И обманули… Орды нелюдей, инквизиция со своими подвалами, убийцы, интриганы и даже верный пернатый друг – всем им от него что-то надо. Причем лишь попугай более-менее умерен в своих желаниях – остальные не скромничают. Если и доведется подарок получить, то с подвохом. Мечтал о надежном убежище и спокойной жизни вдали от врагов? Получай! С одной стороны, неплохо, но с другой… Даже королевская армия почему-то сбежала из Межгорья в большом страхе, не завершив зачистку. Похоже, спокойной жизни не предвидится…...

Первый роман Лескова сослужил ему дурную службу: в глазах современников за одним из лучших русских писателей закрепилась репутация крайнего реакционера, едва ли не агента Третьего отделения. Сюжет «Некуда» сложен и довольно сентиментален; в центре его — история молодой революционерки Лизы Бахаревой и её соратника Вильгельма Райнера, внутренне порядочных людей, в отличие от большинства их товарищей; часть действия разворачивается в Доме Согласия — коммуне, где вместо согласия быстро установилась диктатура. Ещё в романе есть Польское восстание 1863 года, расстрел революционера и скромный доктор Розанов, альтер эго автора.

Книга прочитана популярным артистом театра и актера кино – Михаилом Росляковым.

«Роман этот писан весь наскоро и печатался прямо с клочков, нередко писанных карандашом, в типографии. Успех его был очень большой. Первое издание разошлось в три месяца, и последние экземпляры его продавались по 8 и даже по 10 р. „Некуда“ – вина моей скромной известности и бездны самых тяжких для меня оскорблений.

… Роман этот носит в себе все знаки спешности и неумелости моей. Я его признаю честнейшим делом моей жизни, но успех его отношу не к искусству моему, а к верности понятия времени и людей «комической эпохи».»

Н. С. Лесков. О романе «Некуда»

«Как художник слова Н. С. Лесков вполне достоин встать рядом с такими творцами литературы русской, каковы Л. Толстой, Гоголь, Тургенев, Гончаров. Талант Лескова силою и красотой своей немногим уступает таланту любого из названных творцов священного писания о русской земле, а широтою охвата явлений жизни, глубиною понимания бытовых загадок её, тонким знанием великорусского языка он нередко превышает названных предшественников и соратников своих.»

Максим Горький...

Книга прочитана популярным артистом театра и актера кино – Михаилом Росляковым.
Мастер сатиры XIX столетия Н.А. Лейкин выводит яркие людские типажи — самые узнаваемые и по сей день — в своем смешном, драматичном и нравоучительном романе из петербургской жизни. Купеческий сын Костя Бережков без ума от хорошенькой кафешантанной актрисы Надежды Ларионовны и готов для нее на любые подвиги. Дама сердца требует подношений в качестве доказательств его любви: шубу, лошадей с кучером, бриллиантовую брошку, постоянные угощения в ресторанах. Вот только денег-то у незадачливого влюбленного и нет. Но ведь его богатый дядя тяжело болен и со дня на день умрет, а значит, можно набрать долгов…...

Книга содержит запись бесед англо-американского поэта и философа У. Х. Одена (1907–1973) с его студентом, а впоследствии и другом, поэтом Аланом Ансеном. «Застольные беседы» Одена с Ансеном происходили в 1946–1947 гг., когда Оден читал курс лекций о Шекспире в нью-йоркской Новой школе социальных исследований. Впрочем, Шекспир – не единственный герой бесед с Оденом. В театре теней оденовского воображения мы увидим поэтов и политиков, безвестных полицейских и знаменитых распутников. Ироничная, подчас шокирующая откровенность и блестящий ум Одена сообщают книге особую пряность....

Один из лучших романов Курта Воннегута, написанный в его уникальном стиле, в котором социальная и политическая сатира, антиутопическая фантастика и почти психоделическая фантасмагория ткут единую причудливую ткань текста.

Кого только не встретишь в этом балагане! Обезьяноподобные неандертальцы создают «технологию по уничтожению чувства одиночества», рациональные китайцы уменьшили себя до микроскопических размеров и отправились колонизировать Марс, американцы уверовали в Похищенного Иисуса, которым может оказаться первый встречный, а сила гравитации постоянно меняется, то придавливая все живое к земле, то даруя удивительную легкость.

Впрочем, изменчивость всего сущего – неизменное свойство литературных миров, созданных фантазией Воннегута. Как неизменно и преклонение читателей перед его талантом....

Аудиокнига «Некрополь» Владислава Фелициановича Ходасевича представлена студией «МедиаКнига». Произведение озвучено известным театральным и кинематографическим артистом Михаилом Росляковым. Воспоминания, собранные в этой книге, касаются писателей недавнего прошлого и основаны исключительно на личных наблюдениях автора, свидетельствах участников событий и документах. Информация, полученная из ненадежных источников, не использовалась, за исключением пары незначительных отступлений, о которых упомянуто в тексте. Призываем слушать, ставить лайки и оставлять комментарии....