Владислав Отрошенко создал редкий по силе и стилю роман – магический реализм с русской душой, где судьба казачьей семьи отражает судьбу целой страны. В книге звучат голоса и мотивы, отсылающие к Гоголю, Булгакову, Маркесу и одновременно Бёртону, – мир снов, иллюзий и безумной красоты. Фантасмагорическая семейная сага, где реальность и вымысел переплетаются в вихре событий, а история рода становится волшебным мифом.
Владислав Отрошенко – писатель, автор книг «Гоголиана», «Драма снежной ночи: роман-расследование о судьбе и уголовном деле Сухово-Кобылина», «Гения убить недостаточно», романа «Персона вне достоверности”. Лауреат „Ясной Поляны“ и итальянской литературной премии „Grinzane Cavour“.
В книгу вошли роман «Приложение к фотоальбому” – фантасмагорическая семейная хроника с иллюстрациями Дмитрия Крымова и повести в рассказах „Двор прадеда Гриши” и «Новочеркасск“.

«Большой дом, архетип фантастической России, никогда не менявшейся со времен Гоголя, создает фон в “Приложении к фотоальбому”. Обладая письмом магическим и реалистическим одновременно, которое околдовывает своими образами, часто далекими от человеческой логики, и своими каскадными отступлениями, Отрошенко рассказывает эпопею “рода бакенбардорожденных”».
Надиа Каприольо, критик, Италия.

«Радостный бред, безумная сага, фразы, полные ритма и огня: так несется вскачь короткий роман Владислава Отрошенко, повествующий о невероятных приключениях казака Малаха, его жены Аннушки и их тринадцати сыновей, словно сошедших с кинолент Тима Бёртона».
Катрин Симон, обозреватель газеты «Le Monde», Франция....

Избранная проза и эссе Владислава Отрошенко, впервые собранные вместе, представляют читателю одного из самых ярких русских писателей начала XXI века. История и современность, сталкивающиеся по воле автора на пространствах от Азова до Адриатики, своеобычный стиль, вобравший в себя гоголевский лиризм, казацкую едкость, изящество новоевропейской новеллистики – пролагают новые пути для современной прозы....

Гоголь, каким вы его еще не знали!
Владислав Отрошенко отправляется в смелое литературное расследование, раскрывая тайны жизни, творчества и смерти великого писателя.
Где кончается реальность и начинается фантасмагория? Эта книга докажет: правда о Гоголе страннее любого вымысла.
Владислав Отрошенко – писатель, автор книг «Драма снежной ночи: роман-расследование о судьбе и уголовном деле Сухово-Кобылина», «Гения убить недостаточно», романов «Приложение к фотоальбому», «Персона вне достоверности». Лауреат «Ясной Поляны» и итальянской литературной премии «Grinzane Cavour».
«Гоголь и рай, Гоголь и ад, Гоголь и второй том, Гоголь и летаргический сон, Гоголь и элементарные частицы…
Я как будто заново с потайного хода вошел в громадное и таинственное здание, в котором раньше казалось всё знакомым, а теперь вдруг открылись неизведанные пространства. Что происходило с Гоголем в жизни, в искусстве, в смерти, во сне и за гробом.
В «Гоголиане» я дал себе волю не фантазировать, не придумывать образы, похожие на реальность. Я позволяю себе эксплуатировать саму реальность. В этой книге воплощен мой принцип фантасмагории. Он прост: правда может быть более странной, чем любой вымысел»...

Благодаря легкому перу Владислава Отрошенко родился сборник эссе-новелл, каждое из которых приоткрывает завесу тайны из жизни и творчества гениев прошлого.

Герои и эпохи книги настолько разные, что любой читатель найдет в них что-то лично для себя: в судьбе Федора Тютчева, невероятном даре Томаса Вулфа или тайнах римских классиков.

Владислав Отрошенко – писатель, автор книг «Драма снежной ночи: роман-расследование о судьбе и уголовном деле Сухово-Кобылина», «Гоголиана», романов «Приложение к фотоальбому», «Персона вне достоверности». Лауреат «Ясной Поляны» и итальянской литературной премии Grinzane Cavour.

«Герои этой книги – загадки их судеб и творений – заставляли меня делать то, чего я делать никогда не собирался. Катулл побудил учить латынь, чтобы раскрыть тайну его знаменитого любовного романа с Лесбией; Ходасевич подвигнул на гидрологическое исследование речки Бренты; Ницше принудил блуждать по Венеции, чтобы понять, как было устроено его мышление; Томас Вулф заставил прочувствовать, каково это находиться под дулом кольта 45 калибра, нацеленного в тебя беспощадным критиком… Каждый распоряжался мною по своему усмотрению, пока я болел его жизнью и тайнами»....