
Прообразом фабулы "драматической поэмы" "Дон Жуан" послужила для А.К.Толстого первая версия этого сюжета, принадлежащая знаменитому испанцу Тирсо де Молина. Вольно или невольно, единственного своего "испанского героя" Толстой наделил чертами героев русской литературы, "лишних людей": Онегина, Печорина, пушкинского Фауста... Отголоски, почти цитаты из пушкинских, лермонтовских признаний-прозрений... А разговор Дон Жуана о Боге с мавром Боабдилом - это, в сущности, разговор Ивана Карамазова со Смердяковым: еще один "русский мотив" в "испанской пьесе" графа Толстого. Стихи пьесы, будучи пленительной поэзией, звучат как разговорная речь (напоминая, и не только этим, "Горе от ума"), а смысл, вложенный в них автором, оказывается во все времена столь современным потому, что времена, хоть и меняются, конечно, но в чем-то остаются неизменными.
...Летом 1565 года герой романа молодой боярин князь Никита Романович Серебряный возвращается в Москву из Литвы, где он в течение 5-ти лет предпринимал усилия, чтобы подписать мирный договор, но не смог сделать этого из-за увертливости литовских дипломатов и собственного прямодушия. Здесь он попадает в атмосферу разгула тирании, опричнины, плах и виселиц - в жестокие времена царствования Ивана IV (Грозного).
Запись 1988 г.
..."Хрестоматия 4 класс" составлен в соответствии со школьной программой. Содержит произведения русского фольклора, русской и зарубежной классики детской литературы. Позволяет в доступной форме ознакомиться с литературными произведениями. Помогает освоить правильное, литературное произношение слов. Увеличивает словарный запас школьника. Помогает учиться читать.
...Леденящие душу истории от классиков русской литературы способны вызвать мурашки у самых искушенных ценителей ужасов. Эти рассказы ничуть не устарели. Столкнуться с потусторонним миром людям удавалось в любом веке, это всегда было одновременно жутко и интересно. Поди, разберись – где кончается страшный сон и начинается кошмарная реальности?! Рассказы из этого сборника сочинялись в холотую эпоху, когда каждая фраза в книге была наполнена смыслом, в них вы найдете не только мистические сюжеты, но и подробное описание жизни Российской империи, и неподдельные эмоции главных героев, и веру, и надежду, и, конечно же, любовь.
...Упырь - славянское название кровожадных вампиров. Упыри повсюду, они вокруг нас. И даже любимая девушка может оказаться упырем. У них есть определенный срок пребывания в мире людей, покидая который они стремятся оставить кровожадных наследников…
...Упырь - славянское название кровожадных вампиров. Упыри повсюду, они вокруг нас. И даже любимая девушка может оказаться упырем. У них есть определенный срок пребывания в мире людей, покидая который они стремятся оставить кровожадных наследников…
...Сюжет книги извилист, но, в отличие от современных художественных произведений о вампирах, в «Упыре» Толстого нет логических и сюжетных нестыковок. Делая несколько неожиданных поворотов, повествование приходит к финалу настолько логично, что концовка книги выглядит совершенно естественной. Толстой в своём «Упыре» хотя и отдает дань некоторыми господствовавшим в то время суевериям относительно упырей, тем не менее, в целом объективно, с этнографической точностью, описывает этих опасных созданий. В частности, едва ли не впервые в упыристике было высказано не просто предположение, а убеждение в том, что европейский вампир — выходец из восточнославянских земель, что вампир и упырь это по сути одно и тоже.
...Упырь - славянское название кровожадных вампиров. Упыри повсюду, они вокруг нас. И даже любимая девушка может оказаться упырем. У них есть определенный срок пребывания в мире людей, покидая который они стремятся оставить кровожадных наследников…
Автор сценария и режиссер: А. Тадевосян
Автор музыки: Р. Касумов
...Но вдруг дверь в комнату как будто медленно отворилась, и на пороге встал Горча. Я, впрочем, скорее догадывался об этом, чем видел его, потому что там, откуда он вышел, было совершенно темно. Его погасшие глаза, – так мне чудилось, – старались проникнуть в мои мысли и следили за тем, как подымается и опускается моя грудь. Потом он сделал шаг, еще-другой, затем, с чрезвычайной осторожностью, неслышно ступая, стал подходить ко мне. Вот одним прыжком он очутился у моей кровати. Я испытывал невыразимое чувство гнета, но неодолимая сила сковывала меня. Старик приблизил ко мне свое мертвенно-бледное лицо и так низко наклонился надо мною, что я словно ощущал его трупное дыхание.
...
Но вдруг дверь в комнату как будто медленно отворилась, и на пороге встал Горча. Я, впрочем, скорее догадывался об этом, чем видел его, потому что там, откуда он вышел, было совершенно темно. Его погасшие глаза, – так мне чудилось, – старались проникнуть в мои мысли и следили за тем, как подымается и опускается моя грудь. Потом он сделал шаг, еще-другой, затем, с чрезвычайной осторожностью, неслышно ступая, стал подходить ко мне. Вот одним прыжком он очутился у моей кровати. Я испытывал невыразимое чувство гнета, но неодолимая сила сковывала меня. Старик приблизил ко мне свое мертвенно-бледное лицо и так низко наклонился надо мною, что я словно ощущал его трупное дыхание.
...Издание содержит готическую повесть великого русского писателя Алексея Константиновича Толстого (1817-1875) «Семья вурдалака». Он известен не только как блистательный поэт-сатирик, один из авторов Козьмы Пруткова, не только как автор исторических произведений, но и как автор готических повестей и рассказов, в стиле Проспера Мериме и Э. Т. А. Гофмана.
Произведение включено в программы 5-11 классов средней школы всех уровней обучения, для классной и домашней работы.
Но вдруг дверь в комнату как будто медленно отворилась, и на пороге встал Горча. Я, впрочем, скорее догадывался об этом, чем видел его, потому что там, откуда он вышел, было совершенно темно. Его погасшие глаза, – так мне чудилось, – старались проникнуть в мои мысли и следили за тем, как подымается и опускается моя грудь. Потом он сделал шаг, еще-другой, затем, с чрезвычайной осторожностью, неслышно ступая, стал подходить ко мне. Вот одним прыжком он очутился у моей кровати. Я испытывал невыразимое чувство гнета, но неодолимая сила сковывала меня. Старик приблизил ко мне свое мертвенно-бледное лицо и так низко наклонился надо мною, что я словно ощущал его трупное дыхание.
...Но вдруг дверь в комнату как будто медленно отворилась, и на пороге встал Горча. Я, впрочем, скорее догадывался об этом, чем видел его, потому что там, откуда он вышел, было совершенно темно. Его погасшие глаза, – так мне чудилось, – старались проникнуть в мои мысли и следили за тем, как подымается и опускается моя грудь. Потом он сделал шаг, еще-другой, затем, с чрезвычайной осторожностью, неслышно ступая, стал подходить ко мне. Вот одним прыжком он очутился у моей кровати. Я испытывал невыразимое чувство гнета, но неодолимая сила сковывала меня. Старик приблизил ко мне свое мертвенно-бледное лицо и так низко наклонился надо мною, что я словно ощущал его трупное дыхание.
...